25 градусов курс вправо, чтобы обойти Ангильские острова. Через 8 часов слева по курсу показался остров Сомбреро или Хат. В «наше» время он исковеркан взрывами и напоминает Луну. Виной тому громадное количество гуано, птичьего помета, который добывали здесь англичане, якобы для продажи в качестве фосфоритного удобрения для южных штатов США. Охотно верю! 9 % его состава составляет аммиак. Эти проценты использовались для производства двух видов порохов и тротила. Остальное выбрасывалось на поля. Тем паче, что разработки начали вести после начала индустриальной революции в Англии. Примерно в это же время американцы выпустили билль о гуано, и «прихватизировали» значительное количество островов как в Атлантическом, так и в Тихом океане. Так они заботились об урожаях, просто кушать не могли! Они Крымскую войну готовили. Переработав остров в лунное поле, его забросили. Жило там три человека, смотрители маяка. В конце 20-го века маяк стал автоматическим. Мы же увидели остров вполне зеленым, к тому же скоро закат, а впереди много работы картографам. К тому же, в 46 милях к западу еще один остров, который тоже стоит без единой пальмы, но вместо пеликанов на нем селились фламинго, поэтому слой гуано оказался не таким большим. Кораллы еще подросли, и он в 21-м веке используется туристами. Навигационная опасность, требуется зафиксировать его на карте. И я свернул к Шляпе. УПС! А вход в лагуну вовсе не такой, каким он остался в моей памяти. Он – узкий, и мы вряд ли туда протиснемся. Точно-точно! Три здоровенных валуна лежали на 30 метровой глубине перед входом в бухту. И ступенек наверх не видно. Отдаем якорь, спускаем яхту и впятером устремляемся в бухту. Там на дне просто кишат лангусты и омары.
– Саша, Слава, нырять от берега, глубоко не ходить! Вы меня поняли?
– Поняли, но мы же умеем продуваться.
– Вы меня поняли? – Молчание.
– Ну, раз не поняли…
Много понырять не пришлось: закаты здесь стремительные. Плюх, и солнце уже в океане. Но сами и офицерский состав полакомились свежими раками. Впрочем, мы недооценили матросов, которые тут же соорудили «мордушки», надергали какой-то мелочи и запустили их в океан. Утром, из-за доклада о странных звуках с острова, мы прошли севернее в так называемый «канал». Там лежит упавшая в море скала, и есть кое-какая возможность выбраться наверх. Довольно круто, но решаемо. Я что и кого угодно мог ожидать, но не такого: достаточно зеленый остров с пальмами скрывал большое количество гигантских черепах, которые по науке вымерли в позднем плейстоцене. А они спаривались, вот и кричали на всю округу об этом. Кстати, черепахи этого вида внесены под собственным названием в Линнеевскую книгу: Chelonoidis sombrerensis. Именно они были первоткрывателями Америки, ибо пересекли Атлантику примерно тем же путем, что и мы, но гораздо раньше. Отлично плавают и могут обходиться без воды и пищи по полгода. Их Родина – Африка, живут или жили по всему океану. Три штуки забрали с собой. Вместе они весили больше тонны. Две самки и самец. Замучились, пока их безопасно спустили. Но, дети довольны! У них теперь «игрушки» появились. Они мельче, чем те, которых я видел с Галапогос, форма панциря другая, но очень крупные. На острове они появились до того, как он поднялся на пять-восемь метров из воды. Уйти они никуда не могли, а вот куда делись? Раз описаны, значит их скелеты попались, а остальных растащили в качестве «живых консервов». Перешли к следующему острову, он тоже без людей, и заночевали там, утром двинувшись дальше на запад. Обошли безымянный атолл, его окружали многочисленные рифы, поэтому приближаться не стали. «Британские» владения кончились, начались испанские или американские. Подход к интересующему нас мысу преграждали скальные банки, мы повернули и прошли вдоль острова, лишь нанеся его на карту. Люди на нем были, но городов не было. Места очень приглубые, якорных стоянок мы не нашли и более, до Баракоа, не останавливались.
Глава 27. Самый тяжелый овощ
Плоскую вершину Эль-Янки я узнал издали, и приободрился: знакомые места, очей очарованье. Два крутых поворота, вошел в бухту. Слева под самым берегом должна быть каменная банка. Я ее вижу. Так что: на месте. Южный мыс короче, его позже насыпали, но ручеек впадает в том самом месте, что и спустя 11 веков. Вон там стоял бар, перед входом, в который, было нарисовано перекрестие двух целочисленных координат. Встал на три якоря, маневр сложный, но необходимый, в случае чего все измерения можно провести с судна, если нас здесь «плохо примут», потому как: люди на берегу есть. На той стороне бухты, чуть в глубине, видны поля с кукурузой и длинные дома. Это – таино, так и должно быть. Западнее – дома станут круглыми, в них будут жить сибонеи. Они же населяют соседние Багамские острова. На Доменике – таино. Колумб впервые встретился с сибонеями, которые его хорошо приняли, но он насильно взял в плен трех человек, которых подарил Фердинанду и Изабелле. Кубу он назвал Хуаной, по имени другой королевы, но во втором путешествии, в котором состоялось и первое боестолкновение с таино, из-за того, что испанцы бесчинствовали на островах, особенно на Доменике, где они «открыли» золото. А то, что бляхи всех кацики племен были сделаны из него, так это «не щитово». Затем кого-то из окружения Колумба убьют и съедят караибы. Насчет «съедят» есть большие сомнения, хотя человеколюбием карибы не страдали: убивали всех мужчин, а женщин присваивали. Доходило до того, что женская и мужская часть племени говорила на разных языках. В итоге карибский язык потерялся, теперь карибы говорят на аравакском. В данный момент араваки даже не подошли к нашей стоянке, хотя мы высадились. Матросы под руководством Волоха вкапывают погран, на котором сейчас добьют дату и время. По европейским законам весь остров отныне принадлежит мне. Я же устанавливаю треногу с теодолитом, мне ерундой заниматься некогда. Место я нашел: крупные булыжники редко покидают насиженные места. Он, конечно, несколько меньше ушел в грунт. Ставим со Славиком инструмент, выверяем его по уровням, затем выравниваем по двойному отображению в зеркалах и фиксируем. На всех кораблях сегодня «торжественный ужин» в честь открытия неизвестного науке острова. Континент мы еще не открыли, до его ближайшей точки 820 километров по прямой. Но туда мы не пойдем. Оставив усиленный караул на берегу, все вернулись на «Феликс», «Фрунзе» и «Ферт». Почему такие странные названия? Не было такой буквы славянском алфавите, и звука такого не было.
